Глава 3: Одинокая акула китефин

Переводчик: SculptorWeed
Редактор: Olegase

Воскресенье, утром погода была действительно приятной.

«Для меня нормально было так небрежно пригласить девушку? Мы двое гуляем в выходные, это похоже на свидание… Нет, мы просто идём посмотреть своими глазами, как плавают акулы китефин, чтобы Хиномия-сан могла лучше их описать… У меня не должно быть никаких скрытых мотивов…»

Пока он раздумывал, его щёки стали горячими. Ао приехал на станцию, на которой они договорились встретиться, и увидел Хиюки в повседневной одежде, которая ждала его там.

Уже был почти июнь, и все носили лёгкую одежду. Хиюки тоже была одета в короткое голубое платье с короткими рукавами. Дизайн мог быть простым, но изящный цвет и то, что в нём было не жарко, полностью удовлетворяло Хиюки. То, как её длинные каштановые волосы спадали по её платью, было настолько красиво, что шокировало Ао.

Проходящие мимо люди смотрели на неё с широкими глазами.

— Знаменитость?

— Какая красивая.

Шептались они между собой.

Сердце Ао ускорилось, всё же было слишком опрометчиво приглашать такую красивую девушку.

— Извини, Хиномия-сан, долго ждала?

Он ей сказал, немного волнуясь. Хиюки ответили с холодным лицом:

— Нет.

И отвела взгляд.

«Ара… Почему она сердится?»

Когда они встречались в кафе, и Хиюки приходила первой, Ао, который приходил позже, говорил: «Извини». Губы Хиюки с её родинкой превращались в улыбку, и она говорила: «Я только… что пришла».

«Потому что я опоздал?»

Он посмотрел на часы, висящие на станции, до назначенного времени осталось ещё 2 минуты. Пока они проходили через турникеты, Ао думал, что, возможно, он перепутал время.

В вагоне Хиюки крепко обняла сумку на коленях и опустила голову.

— Хорошо, что погода не подвела.

— ……

— Я впервые увижу акулу китефин.

— ……

— Я слышал, что там есть шоу дельфинов.

— ……

Ао продолжал находить темы для разговора с Хиюки, но она только натянуто кивала и бормотала что-то, что нельзя было разобрать. Они никак не могли начать совместную беседу.

«Она правда рассердилась?»

Ао не знал причины.

В кафе Хиюки разговаривала немного натянуто, но они всегда могли разговаривать. Глядя на её опущенное лицо Ао был в недоумении.

«Пригласить её в океанариум всё же для меня было слишком самонадеянно. Что она сказала бабушки о том, куда она пошла в выходной день? Или, может, ей не нравится то, что с ней я?..»

Ао действительно волновался.

Учитывая характер Хиюки, вероятно, она не смогла бы отказаться, даже если бы не хотела идти.

— Хиномия-сан, ты выглядишь немного вялой, ты нехорошо себя чувствуешь?

Ао заинтересованно спросил. Хиюки покачала головой.

— Нет…

Она спокойно ответила жёстким тоном, ещё сильней сдавив сумку, и замолкла.

— ……

В такой тяжёлой атмосфере они дошли до океанариума и прошли через вход. Сейчас было воскресенье, поэтому было много родителей, держащих своих детей за руки.

Свет в океанариуме был тёмно-синего цвета, делая его похожим на подводный лабиринт. По другую сторону стекла были скаты, развевающие своё плоское тело, словно плащ, стайки тунцов с серебристо-сверкающей чешуёй, рыба-ангел с яркими полосами, индийская рыба-бабочка и императорская рыба-ангел плавали неторопливо.

Ао часто слышал, что океанариум был святой землёй для первых свиданий. Ему не могла помешать погода, не нужно было ждать, и всегда можно было поговорить о рыбах, поэтому не нужно было волноваться о том, что не знаешь о чём поговорить. Даже если они будет молча ходить по кругу, то они будут рассматривать рыб, и атмосфера не станет неуклюжей.

«Это не свидание с Хиномией-сан… Я не могу начать беседу даже о рыбах, а просто ходить и рассматривать рыб не получится. Хиномия-сан сказала, что она тоже неуклюжая».

Ао посмотрел рядом с собой, Хиюки смотрела на аквариум с плотно сжатыми губам. Под синим светом, исходящим от стекла, её бледное лицо выглядело ещё более встревоженным и строгим, чем обычно, она определённо не наслаждалась видом рыб.

С другой стороны от Ао пара старшеклассников флиртовала друг с другом.

— Ёши-кун, полосы на этом морском ангеле такие милые.

— Я думаю, что Сая милее.

— Ёши-кун, ты такой плохой. Ах, смотри, эти рыбы целуются.

— Давай тоже поцелуемся.

— Давай.

«Погодите! Мы же всё ещё здесь! И рыбы, которые целуются, на самом деле два самца, которые дерутся за территорию, здесь даже так написано…»

Ао забеспокоился.

Девушка закрыла глаза, ожидая поцелуя. Мальчик наклонился, и их губы сблизились.

«Ува…»

«Что я должен делать? Отойти от них? А что я должен сказать Хиномии-сан? Рядом с нами целуется парочка, поэтому давай пойдём в другое место… Я не могу это сказать!»

Хиюки, кажется, тоже заметила эту парочку. Прижав сумку к груди, она смущённо опустила голову.

«Должно быть, Хиномия-сан услышала их».

Пока Ао паниковал, лица парочки становились всё ближе. Когда их губы соприкоснулись, их лица нельзя было увидеть.

— ~~~~

— ……

Плечи Хиюки резко упали. Парочка целовалась в течение нескольких секунд, но для Ао это показалось вечностью, вероятно, Хиюки чувствовала тоже самое.

— Теперь давай пойдём туда.

— Я хочу съесть булочку санфиш.

Влюблённая парочка ушла.

— ……

— ……

Ао и Хиюки стояли перед аквариумом с красными лицами.

За стеклом все ещё «целовались» рыбы.

— Мне… интересно, где акулы китефин?

Ао выдавил эти слова, словно ему было тяжело дышать.

— …Я-я думаю, они там?

Хиюки, с до сих пор опущенной головой, еле слышно сказала.

Это было направление, куда ушла парочка, поэтому было опасно идти в ту сторону.

— Д-давай побудем здесь ещё немного.

— Да… Да.

Хиюки натянуто кивнула. И они вновь замолчали… В этот момент Хиюки внезапно сказала:

— И-извини… Казетани-кун.

Ао удивлённо посмотрел на неё, Хиюки приподняла голову, её глаза были полными слез, а губы дрожали. Это ещё больше потрясло Ао.

— Почему ты извиняешься, Хиномия-сан? Ты знаешь ту парочку?

Ао случайно задал абсолютно не связанный вопрос, из-за чего Хиюки ещё больше опустила брови, сильнее сжав сумку.

— Нет… Не то, чтобы… это впервые, когда я гуляю с одноклассником… Я счастлива и в нетерпении… но нервничаю… У меня жёсткое лицо… Я совсем не могу поговорить…

Ао почувствовал, как будто кто-то смачно стукнул ему в лицо.

«Я понял, у Хиномии такое лицо просто потому, что она нервничает, а не потому, что она сердита».

Вероятно, она чувствовала себя виноватой и поэтому чуть ли не плакала.

— Казетани-кун продолжал говорить со мной в поезде, но я никак не могла нормально ответить, поэтому… Казетани-кун, должно быть, чувствовал… себя неуютно… Я думала, что в океанариуме смогу взять себя в руки, но я всё ещё не могу общаться как обычно, поэтому я молчала…

Их одноклассники называли Хиюки «Ледяной Девой» и смотрели издалека.

Все думали, что её лицо было холодным, а глаза источали мороз. Её губы с родинкой никогда не раскрывались, поэтому они подозревали, что она не хотела иметь дел с обычными учениками.

Потому что Хиномия Хиюки была благородным человеком.

«Но реальная Хиномия-сан была замкнутой и робкой девушкой, которая хочет подружиться со всеми».

Он был единственным, кто знал, что Хиюки была таким человеком.

Хиюки сожалела о своём поведении, именно поэтому её лицо было таким жёстким, и она не могла нормально говорить. Ао ругал себя за то, что не заметил этого сразу.

Ао поклонился Хиюки.

— Это я должен извиняться!

— Почему Казетани-кун должен извиняться? Е-единственный, кто был неправ, — это я.

Взволнованно ответила Хиюки.

— Нет! Я тоже был неправ, я впервые гуляю с девушкой, поэтому я ничего не знаю.

— Этого не может быть, разве Казетани-кун не популярен?

— Ха?

— В классе ты всегда… болтаешь с девушками и хорошо ладишь с ними.

Хиюки снова опустила свой печальный взгляд, заставляя Ао ещё больше запаниковать.

— Это просто болтовня.

— Но, когда Казетани-кун входит в класс утром, девушки здороваются с тобой… Не только девушки, но и парни… все собираются вокруг Казетани-куна… Казетани-кун всем нравится…

Голос Хиюки постепенно становился поникшим.

Хиюки всегда приходила в класс прямо перед началом утреннего самообучения и после обеденного перерыва.

Ученики собирались со своими друзьями и шумно болтали. Но Хиюки ни с кем не разговаривала, и никто с ней не здоровался. Она всегда держала свою спину прямо, холодно идя по классу, и садилась своё на место.

Ао не думал, что люди собирались вокруг него, потому что он был популярен. Но в глазах Хиюки всё было иначе, она очень завидовала из-за того, что он мог разговаривать с девушками, и поэтому грустила.

Хиюки стояла перед аквариумом с опущенной головой и положила руку на стекло. Красочные тропические рыбки танцевали вокруг её пальцев.

— Наши одноклассники здороваются со мной по утрам только потому, что я первым здороваюсь с ними. Хиномия-сан, попробуй тоже поздороваться со всеми. Тогда они тоже скажут тебе: «Доброе утро».

Хиюки сделала недоверчивое лицо.

— Н-невозможно… Я только испорчу всем настроение.

Ао ответил с радостной улыбкой.

— Нисколько. Ах, почему бы тебе не поздороваться со мной для начала. Если ты сделаешь так, то я громко скажу тебе: «Доброе утро!»

Хиюки до сих пор смотрела на Ао обеспокоенным взглядом.

— Если… Если я скажу: «Доброе утро» — перед всем классом, Казетани-кун тоже поздоровается со мной?..

— Конечно.

Ао уверенно подтвердил. Хиюки, казалось, почти заплакала и снова опустила взгляд.

«Если она при всех будет общаться со мной, другие заметят, что она пишет лайт-новеллы, она волнуется по этому поводу?»

Обычно, Хиюки никогда не разговаривала с Ао и даже не смотрела на него.

Ао думал, что Хиюки была осторожна и застенчива, но всё было не так просто.

— Если Хиномия-сан хочет, то может разговаривать со мной в любое время. Кроме того, с завтрашнего дня я буду здороваться с тобой.

Плечи Хиюки дрожали, и она посмотрела на Ао.

— Мы встречаемся после школы каждый день и даже вместе пошли в океанариум в воскресенье. Разве не странно, что мы полностью игнорируем друг друга в классе?

Сказал Ао застенчиво. Хиюки смотрела на него красными глазами, но её лицо было не таким, как прежде.

— Ну, только если Хиномия-сан сама этого не хочет.

Хиюки покачала головой.

— Я не возражаю.

Она спокойно продолжила:

— Это… сделает меня счастливой.

Хиюки опустила свои красные глаза, её губы с симпатичной родинкой превратились в очаровательную улыбку, и сердце Ао на миг перестало биться.

«Замечательно, она наконец улыбнулась».

Ао ликовал. В этот время лицо Хиюки было настолько красивым, что лицо Ао стало горячим.

— Мы должны скорей найти акул китефин.

Предложил Ао, немного смутившись, Хиюки кивнула и застенчиво ответила:

— …Да.

Той парочки не было у аквариума с акулами китефин.

Ао стоял вместе с Хиюки, глядя на синюю морскую воду через прозрачное стекло.

— Значит, это акула китефин, ува, она огромная и выглядит сильной.

Её спина была покрыта серой кожей, которая была похожа на грубые доспехи, кончик её спинного плавника мерцал белым светом. Благородная акула китефин медленно двигала своим телом, плавая в воде и осматриваясь своими большими голубыми глазами, она была точно такой же, как фигурка на конце карандаша Хиюки.

Глаза кажутся пустыми и лишённым света, но они испускали сильную ауру. Её глаза были словно бездонный океан, но они не смотрели на Ао и Хиюки, акула просто плавала между анемоном и кораллами. То, как большая рыба двигалась под водой, выглядело лёгким и изящным.

Хиюки смотрела на акулу китефин с такими же прозрачными глазами. Показывая серьёзное и непреступное лицо, она, наверное, думала, как сможет описать эту акулу.

«Хиномия-сан похожа на эту акулу…»

Если бы он сказал, что девушка похожа на акулу, то определённо бы вызвал у неё ярость, поэтому он не произнёс этого в слух. Но благородная и изящная аура, холодные и глубокие глаза… непреодолимое чувство присутствия и красивая внешность, казалось, наложились на Хиюки, которая стояла рядом с ним.

— Хиномия-сан, когда ты начала любить акул китефин?

Спросил Ао, и плечи Хиюки вздрогнули.

— Ах, извини, я прервал твои наблюдения?

— …Нет.

Хиюки натянуто покачала головой и робко сказала:

— Акула китефин… это рыба… связанная с моей матерью…

— Связанная с твоей матерью?

— …Когда мне было три года… Моя мама умерла от болезни… Ещё до того, как она легла в больницу, она привела меня в океанариум… чтобы посмотреть на акул китефин. Тогда моя мама купила мне карандаш с фигуркой акулы.

«Воспоминания о её матери… понятно. Мать Хиномии-сан скончалась, когда та была ещё маленькой…»

Хиюки говорила очень одиноко. Ао слушал внимательно и чувствовал, как его грудь сжимается.

Хиюки полностью изменила термин Йоройзаме (акула китефин) в Самейорой и использовала его в качестве псевдонима. Она также писала о акулах в своих работах не потому, что они ей нравятся, а просто потому, что они напоминают ей о её матери.

«Что с отцом Хиномии-сан? Он живёт где-то в другом месте? Или он тоже умер?»

Его беспокоили обстоятельства её семьи, но он не мог спросить об этом вслух.

Когда она говорила о своей матери, глаза Хиюки были холодными и печальными, делая её взгляд более одиноким. Наблюдая за красивой акулой, которая одиноко плавала в аквариуме, Хиюки пробормотала мягким голосом:

— Акула китефин… живёт в глубоком море и не заходит в мелководье… они не сбиваются в группы и всегда живут по одиночке…

Её большие круглые глаза никогда не смотрели на них. Маленькие рыбы сбивались в стайки, анемоны и кораллы росли рядом, но акула китефин всегда плавала одна.

— Именно поэтому… история, что я пишу… ложь…

В истории Хиюки мир, куда прибыл главный герой, состоял из группы островов, это сказочная страна, где люди дружили с акулами китефин. Акулы любили сладости и могли общаться с человеком при помощи телепатии.

Кроме того, у всех в этой стране была собственная акула китефин.

Не как домашнее животное или скот, но как важный друг и компаньон.

Вначале у Субару не было собственной акулы. Но он встретил одинокую акулу по имени Генрих, который сначала игнорировал Субару, но в конце концов они сблизились.

И так постепенно Субару сформировал духовную связь с Генрихом, и у него начало получаться слышать его голос, они стали уникальными партнёрами.

«В работе Хиномии-сан все акулы китефин нежны и часто плавают на мелководье. Акулы женились и заводили семью, и поддерживали хорошие отношения с людьми…»

Но всё это было ложью.

«Настоящие акулы китефин не такие», — печальные глаза Хиюки, казалось, говорили именно так.

У Ао заболело в груди, как будто кто-то сжимал её… Но он сдерживал себя, чтобы не позволить своим чувствам показаться… Он сказал громким и бодрым голосом:

— Ну, тогда акулы китефин в работе Хиномия-сан — это особенные акулы китефин.

— Ха?

— Они акулы китефин, которые плавают на мелководье, живут с людьми и помогают им. Они лучший вид акул китефин.

Хиюки удивлённо смотрела на Ао.

Холодная аура вокруг неё исчезла, и её невинное лицо было такое же, как у простой школьницы. Ао улыбнулся и подумал, что сейчас она выглядит действительно красивой.

— Что хорошо в лайт-новеллах, можно написать всё что угодно, и стиль письма очень либерален, правильно? Поэтому нет никаких проблем в том, что твой мир с такими акулами, и лично я считаю это забавным. Иногда поддержание реализма в истории важно, но мне нравится такая смесь фантастики и реальности.

— ……

Хиюки снова посмотрела на Ао с невинным выражением. В этот момент подошла семья с маленьким ребёнком.

— Ах, это акула, удивительно!

— Это акула китефин.

— Мама, я хочу акулу китефин.

— Мы не можем этого сделать, правда она не поместится в нашу ванну.

Они спокойно болтали.

Глаза Хиюки покраснели, и она хмыкнула.

Она с тревогой отвернулась, хмыкнула ещё раз и после повернулась к Ао.

— Правильно… должны быть и такие акулы.

Она покраснела и говорила, мягко улыбаясь.

Глядя на её улыбающиеся губы с родинкой, Ао тоже улыбнулся.

После этого они обошли весь океанариум и отправились пообедать в подводный ресторан. Все стены в океанариуме были сделаны из стекла, и они поели, счастливо болтая в компании морских существ.

— Детская порция… такая симпатичная.

Она рассматривала картинку в меню, где были изображены маленькие кусочки рыбы, сосиски в форме осьминогов, рисовый омлет с рыбой и томатным соусом.

— Хочешь заказать это?

Сказал Ао озорным тоном.

— Хм-м, н-но…

Хиюки запаниковала.

— Я тоже закажу его, давай попробуем.

— К-Казетани-кун.

— Здравствуйте, я хотел бы два детских набора.

Сказал Ао официантке громким голосом.

— Извините, только ученики начальной школы могут заказать этот набор.

Официантка вежливо ему отказала.

— Ах, вот как? Извините, э… пожалуйста, подождите!

— Конечно, пожалуйста, не торопитесь выбирать.

После того как официантка ушла, Ао закрыл лицо руками.

— Ува, как смущает. У меня горит лицо.

Он услышал милый смех. Когда Ао опустил руки, он увидел смеющуюся Хиюки.

— Ах, извини, но… ты такой милый.

«Милый!» (пр: всё, Ао сражён J )

Девушка назвала его милым.

Это был сильный удар для парня, но счастливый взгляд Хиюки был настолько сладок, что мог заставить растаять любого. Глядя на её улыбку, Ао снова почувствовал беспокойство.

«Может это и было смущающе… Но я смог увидеть такое милое выражение лица Хиномии-сан, поэтому это того стоило».

— Это будет тайной между Хиномией-сан и мной.

После слов Ао Хиюки счастливо кивнула.

— …Хорошо.

Ао почувствовал, что его лицо было горячим, а его сердцебиение ускорилось.

— Ах, мы должны что-то заказать.

Он посмотрел на меню.

Ао выбрал жареную устрицу и собу дарованную морем, Хиюки выбрала печёного краба, и когда они сели за столик, они начали обсуждать рукопись.

— Акула китефин помогла?

— Да, она очень полезна.

— Я сделаю ещё одно предложение. У стиля, который оставляет глубокое впечатление, есть один важный момент.

— Что за момент?

— Показать эмоции человека, который видел эту сцену.

— …Эмоции?

Хиюки смотрела на Ао своими прозрачными глазами.

— Да. Когда тебе грустно, у пейзажа, который ты видишь, будут оттенки печали, когда счастлива, все краски станут ярче, так ведь? Поэтому, что чувствует персонаж, который наблюдает эту сцену? Если ты будешь писать, держа это в голове, сцена и эмоции персонажа будут гармоничны, и читатели почувствуют это. В любовном романе, если ты описываешь девушку со стороны влюблённого в неё парня, то девушка выйдет самой очаровательной. Человек, которого ты любишь, всегда будет самым красивым, так ведь?

Хиюки резко немного наклонила тело и отвела глаза, затем посмотрела на Ао с неестественными движениями и спросила:

— …Человека любят не потому, что он очаровательный… Но он становится очаровательным для того, кто его любит?

— Так или иначе, такое бывает.

Сказал Ао, и Хиюки опять резко наклонила тело.

Ао продолжил:

— Ты можешь думать об этом так: «Когда ты считаешь, что другой человек очаровательный, значит, ты в него влюблён».

— В-вот как?..

Кажется, Хиюки по какой-то причине запаниковала.

— Это будет прекрасно, если твоя работа будет похожа на лайт-новеллу, где кажется, что всё «искрится».

У Хиюки резко опустились плечи и глаза, и она начала ковырять своего испечённого краба.

— Соус такой густой и вкусный, восхитительно.

— Вот как? Замечательно.

— Хм, хм.

Хиюки продолжала кивать головой, жуя своего испечённого краба и краснея.

Днём проходило ещё и шоу дельфинов, и Ао с Хиюки пошли на него посмотреть.

Дельфины красиво выпрыгивали из воды. Ао и дети радостно кричали, в то время как Хиюки заворожённо смотрела на них счастливыми глазами.

Дрессировщик держал угощение высоко, и дельфины вежливо поклонились. В этот момент Хиюки сладко вздохнула.

— Как мило…

Когда она это пробормотала, Ао вспомнил, как Хиюки назвала его милым. Её глаза, способные растрогать любого, вновь появились перед ним, ускоряя его сердце.

«Она… действительно милая».

«Ува».

Дельфины поплыли на дно бассейна.

— Все, давайте позовём дельфинов. Первый — Ямато.

Сказал дрессировщик аудитории.

— Готовы, начали…

Он скомандовал начало.

— Давай тоже покричим.

— Хм?

— Сейчас, давай кричать вместе.

Хиюки удивлённо смотрела широкими глазами.

Ао начал кричать вместе с детьми:

— Я–ма–то!

Под влиянием Ао Хиюки присоединилась к ним позже:

— …Ма–то!

Её голос был мягок и застенчив, но Ао отчётливо его слышал.

Брызги вырвались из воды, и дельфин выпрыгнул выше, чем раньше. Дети радостно закричали, а Хиюки улыбалась.

— Затем будет Юкари. Готовы… начали!

— Ю–ка–ри!

— …Ка—ри!

На этот раз Хиюки закричала громче.

С каждым последующим дельфином лицо Хиюки становилось всё веселее, когда она выкрикивала имена дельфинов, сердце Ао начинало биться чаще.

Когда выступление было законченно, лицо Хиюки было красным от волнения.

— Было весело!

Радостно сказала она.

Позже они зашли в магазинчик сувениров, рассматривая игрушечных рыб и открытки. Ао купил карандаши с фигурками дельфинов для близнецов дома: одного розового, другого голубого цвета.

Карандаш с акулой китефин, который подарила Хиюки её мать, тоже продавался. Когда она увидела его…

— Они до сих пор продаются.

Хиюки счастливо улыбнулась.

Она купила альбом с рыбой, чтобы использовать его как пример.

— У тебя есть комендантский час и в выходные? Мы уже должны идти домой.

— Да… Но осталась ещё одна вещь… Я хочу увидеть акулу китефин снова, хорошо?

Робко спросила Хиюки.

— Хорошо, пойдём.

На этот раз людей было меньше. Перед аквариумом с акулой китефин никого не было.

Ао и Хиюки стояли в коридоре, освещённом синим светом, и наблюдали за акулой. Вокруг было тихо. Они могли услышать шаги и голоса детей вдалеке, но это даже подчёркивало, насколько безмятежным было это место.

Хиюки повернулась к Ао профилем и наблюдала за медленно плывущей акулой китефин своими прозрачными глазами.

Её спинной плавник, сияющий белым светом, тихо разрезал воду, когда акула изящно двигали своим длинным серым телом. Только на кого смотрели эти большие глаза благородной акулы китефин?

Одинокий король океана, который не появляется на мелководье и не сбивается в стаи…

— Кажется… мы сейчас на дне моря.

Бормотала Хиюки.

Под ярким светом Ао и Хиюки были окрашены в цвет океана.

— …Да.

Здесь было так тихо и безмятежно, что действительно казалось, что они были на дне моря.

Это было так, будто он с Хиюки попал в другой мир. Она, вероятно, чувствовала то же самое.

— Я… не хочу идти домой…

Ао подумал, что ослышался.

— Я просто хочу… остаться здесь.

Шёпот, как во сне, донёсся до Ао.

Он повернулся к Хиюки, бледной Хиюки, греющейся в синем свете, которая печально опустила свою голову. Её опущенный взгляд дрогнул, а губы с родинкой были бледны, её тонкие пальцы плотно сжимали голубое платье… как будто она собиралась растаять в синем свете…

— …Хиномия-сан.

Нерешительно обратился к ней Ао.

Хиюки подняла голову, как будто вышла из транса.

— Извини.

Её щеки немного покраснели, и она отчаянно продолжила:

— Э-это не то, что я сказала, я думала о Субару… сцена после его свидания с Циан, когда они собирались идти домой, должно быть, именно это он чувствовал…

— О, вот значит, что это было. Ты испугала меня.

Ао облегчённо вздохнул.

— Мне действительно жаль.

Когда она поклонилась, её блестящие каштановые волосы упали с её плеч.

— Нисколько. Я думаю, что свидание под водой стало бы замечательной сценой.

Сказал Ао с улыбкой, и Хиюки ошеломлённо посмотрела на него. Вскоре её губы расплылись в улыбке.

— Да.

Она ответила.

— Давай возвращаться.

— Да.

Хиюки широко улыбалась, даже когда они вышли из океанариума.

По пути назад в поезде картина за окном была окрашена в красный цвет. Они сидели на соседних местах, и их плечи соприкасались, их сердца быстро стучали, когда они спокойно разговаривали.

— …Казетани-кун, ты можешь найти хорошее в любой работе, которую ты читаешь… а есть какая-нибудь работа, которая полностью тебе не понравилась?

— Есть романы, напечатанные на листе А4 с использованием формата рукописи, работы, напечатанные на листе А3 в формате буклета или слишком большие работы с трудно читабельным почерком. Печатные всё ещё могут быть прочитаны, если работа рукописная. Я отмечаю слова вопросительным знаком и пытаюсь понять их значение в контексте, но всё же многое не могу понять… Если я действительно не могу прочитать её, я оставляю комментарий: «Мне жаль, но я не могу разобрать формулировку этой работы», — и отсылаю издателю с работами, которые не прошли. Из всех рукописей, которые я проверял, только такие я отправляю, не читая… Даже сейчас мне интересно, могли ли они быть шедеврами, если бы я смог их расшифровать…

Однако сотрудники редакции, вероятно, тоже не смогут это прочитать.

Хиюки удивлённо раскрыла свои глаза и пробормотала после слов Ао:

— Это… немного отличается… от работы, которая тебе не понравилась.

После этого она спросила:

— Ну, а какой тип историй… тебе нравится больше всего?

— Сравнивая с современной литературой и классикой, я очень люблю лайт-новеллы.

— А среди лайт-новелл какой тип тебе нравится больше всего?

Энергично спросила она.

— Ну… Думаю, истории с предзнаменованием.

— Предзнаменование?..

— Да, есть много жанров лайт-новелл, если в конце истории я скажу: «Ах, так это было предзнаменование», — то я буду чувствовать волнение, счастье и буду тронут. То же самое для поданных работ, которые используют этот приём, они захватывающие. Получиться что-то как: «Ах, так вот кто проложил весь этот путь».

— Предзнаменование… подразумевается, что читателю ранее была дана информация о чём-то, что случится в конце, правильно?

— Да, например, преданный всю историю подчинённый короля демонов предаёт его в кульминационный момент и становится героем. Читатели будут удивлены, но не смогут это принять, так ведь? Если в этот момент вставить объяснения, что подручный всё это время притворялся и ненавидел короля демонов, потому что он убил его родителей, то это покажется притянутым. Но если по ходу всей истории будет подана соответствующая информация не на прямую, например, странные фразы в пророчестве о герое, то, когда произойдёт предательство, читатели будут взволнованны и подумают: «Ах, значит, это он последний герой!»

— …Как Леонардо с БрейвХро?..

— Правильно, Леонардо, который изначально был противником, стал компаньоном главного героя, когда тот был в смертельной опасности, полностью развернув ход сражения. От этого у меня появились мурашки на коже. Предзнаменование было умело вставлено, я не предполагал, что он свяжет эти свободные концы таким образом, я был полностью обманут.

— …Я тоже.

— Предзнаменование — обоюдоострый меч, если это будет очень очевидно, то читатели всё поймут слишком рано, поэтому его слишком сложно использовать. Но если читатели не запомнят предзнаменование, то оно потеряет эффект. Поэтому его нужно показывать им открыто, но не позволять им понять, что это предзнаменование. (пп: Чот я Ван Пис вспомнил сразу, одно сплошное предзнаменование.)

Хиюки пробормотала:

— Это трудно.

— Да, именно поэтому, когда я вижу хорошо исполненное предзнаменование, я очень тронут. Мне очень нравятся такие истории.

Твёрдо заявил Ао. Хиюки, волосы и ресницы которой были залиты светло-оранжевыми лучами солнца, застенчиво смотрела на Ао.

Когда поезд остановился, Ао и Хиюки вышли вместе.

Снаружи всё так же было светло.

— Казетани-кун, ты ездишь в школу на велосипеде?..

— Да, я оставил его в школе.

— Тогда мы можем сходить в школу вместе…

Хиюки казалась счастливой, что она могла немного больше погулять с Ао, её губы с родинкой слабо улыбались, заставляя сердце Ао биться чаще.

Под лучами солнца Хиюки казалась красивее, чем обычно. Её гладкие волосы, ресницы, тонкие запястья и прекрасное лицо будто искрились…

«Хм-м? Искрится?»

«Будет прекрасно, если будет казаться, что всё «искрится».

Ао вспомнил свои слова, сказанные в океанариуме.

«Ах, это так же, как предзнаменование».

Он чувствовал себя взволнованно, и его сердце забилось ещё быстрее.

— Казетани-кун.

Хиюки, которая шла за ним, позвала его твёрдым голосом.

Он казался слаще, чем обычно…

— Я буду упорно трудиться… и напишу историю с прекрасным предзнаменованием.

«Почему Хиюки выглядит настолько яркой?»

«Почему я так волнуюсь за Хиюки?»

Губы Хиюки застенчиво раскрылись. Она немного опустила взгляд и сказала мягким голосом, как будто признавалась в чём-то важном:

— Я надеюсь, что… Казетани-куну… она понравится.

Сердце Ао собиралось вырваться из груди.

«Как… Она не хочет, чтобы мне понравилась Хиномия-сан, но роман, написанный ей, так? Подождите, почему я паникую?»

Его лицо было горячее как чайник, его мысли были в беспорядке.

Хиюки, которая была залита ярким светом, застенчиво подошла к нему…

— Хиномия-сан…

Когда Ао собирался сказать.

— Ао-кун!

Сладкий и ясный голос отозвался эхом.

Голос, который оставлял глубокое впечатление, ты никогда не забудешь его, однажды услышав. Владелица голоса была столь очаровательна и казалась старше, чем Ао, красивая женщина, которой было немного за двадцать.

Она была одета в розовую футболку с чёрным рисунком кролика. У неё была большая грудь, на ней была балахонная куртка и чёрная мини-юбка с вышивкой лотоса, которые обычно носят старшеклассницы. Сочетание её одежды давало впечатление, что «может она и взрослая, но всё ещё симпатична». На её ресницах была толстая тушь, делая её взгляд шикарным.

— Ха, Аека?..

Она внезапно обняла Ao. (пр: какого @#%$&?!)

— Ао-кун, как долго, как долго, Ао-кун.

Она вдавила лицо Ао в свою объёмную грудь обеими руками, обёрнутыми вокруг его шеи. У неё был сладкий аромат, и она кричала: «как долго».

— Аека-сан, успокойся.

— Эм… Я…

В отличие от обнимающей Ао женщины Хиюки говорила едва слышным голосом.

«Правильно! Хиномия-сан всё ещё здесь!»

Хиюки опустила брови и её щёки покраснели.

— И-извините…

Хиюки сказала прежде, чем Ао успел что-то сказать, она прошла мимо Ао и побежала по улице, вечер уже превратился в ночь.

— Ах, Хиномия-сан!

Позвал её Ао, но она не обернулась.

 

Предыдущая глава Содержание Следующая глава

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: