Altina the Sword Princess \ Алтина — Принцесса меча: Том 12. Глава 1.

Раскат грома

 

Переводчик: SculptorWeed

Редактор: Olegase

За четыре часа до событий…

(пп: Просто напомню, что предыдущий том закончился на прибытии четвёртой армии.)

Регис чувствовал себя действительно счастливым.

Утром 12-го числа была издана газета с показаниями королевского камергера Бекларда.

Когда перед самой коронацией появилось такое серьёзное обвинение, в столице поднялся шум.

Множество граждан собралось у дворца, требуя объяснений, но никто из правительства не вышел и не разъяснил ситуацию.

Всё шло так, как было запланировано.

Потягивая кофе в секции отдыха книжного магазина Кэрол, Регис был погружён в свою книгу.

Его письмо должно было достичь форта Волкс через несколько дней. С помощью кода в нём была написана новость, что Регис жив, и его планы на ближайшее время.

Таким образом, он мог провести эти дни в мире и спокойствии, по крайней мере, таков был его план.

В панике к нему прибежала Фенрин.

— Сэр Регис!

— Хох… Пожалуйста, не делай так, ты слишком громкая?!

— Ой, извините! Г-жа Регина, произошло нечто ужасное!

Чтобы сохранить свою личность в тайне, Регис был переодет в женскую одежду. Даже при том, что сейчас он мог свободно покинуть столицу, он всё же отправился в книжный и погрузился в чтение, оправдываясь сбором информации. Ради возможности насладиться чтением он не возражал даже против переодевания в женскую одежду.

— …В чём дело, г-жа Фенрин? Действительно ли произошло нечто более ужасное, чем нравоучительная лекция от хозяйки книжного по поводу шума?

— Кавалерия принцессы Аргентины выстроилась на холме к востоку от столицы!

— Чт-что?!

Его блаженство продлилось меньше половины дня.

После они поспешили к лагерю «Повешенной Лисы».

Между прочим, третий принц Бастиан, его подруга Элиз, активистка Борджин, репортёр Клод, травмированная Франческа и её младшая сестра Мартина оставались в столице.

 

В лагере…

Джессика, стоявшая во главе наёмников, впивалась взглядом в Региса.

На её красивом лице было пугающее выражение.

— Господин Аурик, вы опаздываете. Солнце уже почти зашло.

— Н-ну, я уже сообщил вам ситуация в столице письмом… разве вы его не получили?

— Вероятно, вы просто хотели где-нибудь почитать.

— Угх.

Они встретились совсем недавно, но она уже видела его насквозь. Её титул «Волшебника» не был для показухи. Её навыки наблюдения были лучше, чем даже у Региса.

Она развернула карту.

— У четвёртой армии пятьсот кавалеристов, а вскоре ещё прибудут четыре тысячи пехотинцев, они встали на холме к востоку… «Белые зайцы» первой армии находятся у подножья холма.

— Когда я покидал город, я видел, что они собирают пехоту. Вероятно, первая армия отправит десять тысяч солдат. Возможно, они уже выдвинулись? Всё же мы вышли с другой стороны столицы и сделали крюк, поэтому это заняло столько времени.

— Принцесса Аргентина собирается начать гражданскую войну?

— Ни за что…

— Ведь это твоя проблема?

— Ну, я уже отправил ей письмо… Но, судя по ситуации, они не получили его.

— Как нам поступить? Будем смотреть со стороны?

— Мы не можем так поступить! Давайте соединимся с принцессой.

Вероятно, Джессика ожидала, что Регис так скажет, и кивнула.

— Как обещали, мы поможем вам.

Наёмники уже были готовы отправляться и могли выдвинуться немедленно.

Регис твёрдо решил отправиться, даже если ему бы пришлось идти одному, поэтому с радостью принял их помощь.

Покинув лагерь, они направились к восточным холмам.

Их было приблизительно семьсот человек.

Регис, Фенрин и Джессика сидели в шаткой повозке. Не нужно было говорить, что Регис не мог ехать верхом.

Кучер сказал:

— Заместитель командира, четвёртая армия в поле зрения!

— Что нам делать, господин Аурик?

— Пожалуйста, поднимите белый флаг! Если мы продолжим движение, они атакуют.

— Есть, сэр!

К счастью, первая армия не отреагировала, и группа Региса благополучно достигла четвёртой армии.

Нет, никак нельзя было утверждать, что всё закончится так благополучно…

Солдаты четвёртой армии подняли свои копья и нацелили свои луки на наёмников, которых они никогда прежде не видели.

Одно неверное движение, и, вероятно, их атакуют.

Регис вышел из кузова повозки.

Он узнал некоторых солдат.

Если бы они узнали Региса, то, вероятно, сообщили об этом Алтине.

Регис помахал.

Те солдаты покраснели.

Их реакция отличалась от его ожиданий.

Даже при том, что они были солдаты, которых он знал.

Он думал, что это будет похоже на возвращение домой, но, кажется, что-то пошло не так.

Как будто он ошибся домом.

Фенрин, стоящая радом с ним прошептала:

— …Сэр Регис, ваша одежда!

— Ааа?!

Он совсем об этом забыл. Прямо сейчас Регис не был похож на стратега. Даже острые глаза репортёра не смогли раскрыть его маскировку.

Но что подумают солдаты, если он снимет парик прямо здесь…

Строй имперских солдат разошёлся.

Кто-то шёл сюда из глубины построения.

Её пламенно красные волосы колыхались, и меч, больше её тела, висел на её плече. Тёмно-красные глаза смотрели в сторону Региса.

— …Регис?

— Хох…А-Алтина!

— Регис! Регис! Регис! Регис! Регис! Регис!

Молодая девушка подбежала и поймала его в объятия.

Со всей её силой…

— Кхек!

Регис издал звук раздавленной лягушки.

В штабе четвёртой имперской армии…

В палатке было шесть человек.

Это было Регис, Алтина, Эдди, Абидаль Эвра, Джессика и Фенрин. Эрик стоял на страже входа.

Алтина, которая наконец успокоилась, впилась взглядом в Региса.

Он весь день был под взглядом дам.

— Ну? Что произошло? Регис, который, как написано в докладе Лэтреилла, погиб в сражении, превратился в женщину и вместе с наёмниками, которые были нашими противниками… Ах, я совсем не понимаю!

— …Да, у тебя есть на это право.

Естественно, она была сбита с толку.

Увидев Алтину такой, лицо Региса расслабилось.

— Что, почему ты улыбаешься?!

— Э? Похоже, что я улыбаюсь? Как проблематично…

— Тебе нравится смотреть на меня сбитой с толку?

— …Я просто рад видеть тебя снова.

— Что?!

Цвет лица Алтина стал схож с цветом свёклы.

Ва-ха-ха, — Эдди рассмеялся.

— Как хорошо! Когда вернёмся в форт Волкс, я всё расскажу тому человеку.

Его любимая пятая принцесса осталась в крепости.

В панике Регис заговорил:

— Ва-а-а… Н-нет, это не то, что я имел в виду!..

— Что ты можешь сказать о том, как ты стал женщиной, Регис.

— Пожалуйста, не издевайтесь на до мной, господин Эдди.

После того как беседа перетекла в повседневное русло, их прервал холодный голос:

— …Нормально ли так расслабляться? Солнце садится. Вы хотите продолжить бездействовать?

Спросила Джессика своим обычным холодным тоном.

Регис криво улыбнулся.

— …Верно, нет причин бездействовать. Сегодня вечером мы должны позволить солдатам поспать в тепле. У кого-нибудь есть перо и бумага?

В палатку вошла горничная.

Как будто она знала, в чём нуждается Регис, на подносе были стопка бумаг и принадлежности для письма.

Регис вздохнул.

— Ах…

— …

Той, кто поставила поднос на стол, была Клэрисс.

Когда рядом были посторонние, она была невыразительна. Несмотря на это, Регис всё же заметил, что в уголках её глаз были красные оттенки, по всей видимости, следы слёз.

На лице Региса появилась улыбка.

— Спасибо вам. Г-жа Клэрисс. Эм… я вернулся.

— …Да. С возвращением.

Едва слышным голосом она добавила «сэр Регис». Низко поклонившись, она вышла из палатки, как будто ничего не произошло.

Алтина пожала плечами.

— Вы так давно не виделись, разве вы не должны сказать немного больше?

— …Все хорошо.

Радость от того, что он оказался в безопасности, была куда больше, чем слова.

Регис поднял перо.

«Это то, что я всегда использовал».

Чувство было знакомым. Это было перо, которое он обычно использовал и оставил в форте Волкс.

Даже при том, что они получили известие о его смерти и мобилизовали армию, Клэрисс всё ещё верила. Верила, что Регис был жив и настанет время, когда ему снова нужно будет воспользоваться этим пером.

Или возможно, она хотела положить его на могилу…

Думая об этом, Регис начал писать.

Он закончил в мгновение ока, свернул письмо и оставил печать Алтины на воске.

Джессика снова холодно заметила:

— Вы не колеблясь использовали печать принцессы.

(пп: Тут своя атмосфера, женщина.)

— Ха-ха… просто потому, что Алтина портит одну печать из трёх.

— Вы даже используете прозвище.

— Надеюсь, вы не поймёте неправильно…

Регис на самом деле сказал «Алтина» в присутствии очень многих людей.

Если бы он обращался к ней так на публике, это вызвало бы странные слухи среди солдат. Однако штабные офицеры четвёртой армии уже знали об их отношениях.

— Я лишь стратег Алтины. Мы привыкли к не слишком формальному общению друг с другом.

— Хотя я привыкла, что другие обращаются ко мне формально.

Его слова были неожиданно опровергнуты.

— Ю… Хох?

— Но, так как это Регис, я не против.

— …С-спасибо.

— Я действительно просила тебя стать моим стратегом, но также я хотела, чтобы в то же самое время ты стал моим товарищем.

— Да… я чувствую то же самое. Разделяю ту же мечту.

Джессика кивнула.

— …Я поняла особые отношения между вами двумя.

— Это немного сложно объяснить.

— Всё хорошо. По крайней мере, я могу сказать, что вы двое не являетесь любовниками.

— В-вот как?

— Кто, вы думаете, я такая?

Как и ожидалось от известного стратега группы наёмников «Повешенная Лиса».

Абидаль Эвра нахмурился.

— Ну… нет сомнений, что сэр Аурик — исключительный талант. Но пренебрежение надлежащим протоколом немного…

Эдди похлопал его по плечу.

— Всё хорошо! Им просто нужно держать себя в руках во время церемоний и выполнений их обязанностей.

— Всё же военный совет тоже является частью их обязанностей.

— Всё хорошо, если Аргентина этого хочет. Регис тоже будет чувствовать себя более расслабленно, верно? Единство важнее протоколов.

— Д-действительно…

Если они изменят манеру общения, и способности Региса будут ограничены, то это может поставить будущее Четвёртой армии под угрозу.

Регис опустил голову.

— Мои извинения, всё это моя вина.

Абидаль Эвра снова нахмурился.

— Угх…сэр Аурик, я понимаю причину, почему вы не используете уважительное обращение к принцессе. В этом случае вы можете обращаться так и ко мне тоже? Я чувствую, что это я должен извиниться за то, что оскорбил вас ранее.

— А-ха-ха-ха… я приложу все усилия… нет, я обязательно сделаю это.

Алтина вернулась к теме.

— Ты закончил письмо?

Кстати, Регис сказал лишь, что «сегодня вечером мы должны позволить солдатам поспать в тепле».

— Да, это для принца Лэтреилла.

— Итак, мы должны отправить посланника? Мы уже думали об этом. Но кого нам отправить?

— Э-э?? Любой сгодится.

— Правда?!

— Здесь совсем не далеко, даже новичок справится.

— Что нам спросить у Лэтреилла? Что-то вроде «это вы убили Региса» или что? Ах, на самом деле он не делал этого.

В конце концов, Регис стоял перед ней живой и здоровый.

С неуклюжей улыбкой Регис сказал:

— Нет… я думаю, он уже пытался. В противном случае новость о том, что я погиб в бою не распространилась бы.

— Ах, вот как?!

— Ну, давайте поговорим об этом позже… Сначала разберёмся с посланником. На таком расстоянии мы можем отправить письмо лишь на прямую. Они также могут ответить письмом.

— Вот как?

— Извините, это моя ошибка. Я должен назначить кого-то знакомого с переговорами вашим заместителем. В четвёртой армии это должен быть господин Эдвард.

— Ах, понятно.

Хотя он принял должность командира форта, фактически он был опытным ветераном. Также он был лейтенантом, которому доверял Джером, поэтому он был знаком с переговорами.

Они не могли тратить весь день на разговоры.

Регис вызвал солдата посыльного и приказал ему доставить письмо первой имперской армии.

Алтина наклонила голову.

— Что ты написал?

— Э-э?! Разве я не показал его тебе до того, как запечатал?!

— А-ха-ха… Я смотрела только на Региса.

— П-понятно.

Регис начал краснеть.

— Я всё раздумывала, может, на самом деле всё это сон, а ты иллюзия.

— Я не призрак.

А-ха-ха, — Алтина и Эдди рассмеялись.

Абидаль Эвра, вероятно, не привык к такому общению и казался немного сконфуженным. Джессика, по всей видимости, догадывалась, о чём написал Регис, поэтому не выглядела обеспокоенной и просто потягивала свой чай

Эрик, не двигаясь, продолжал стоять на страже.

Фенрин, которую усадили в конец стола, подняла руку.

— Мне тоже любопытно. Что вы написали, сэр Регис?

— Ну… В начале обо мне. «Я должен был оставить поле боя из-за неотложных дел и искренне извиняюсь за неудобства, которые доставил фельдмаршалу и командирам первой армии». Ещё написал, что благополучно вернулся в четвёртую армию.

— Ты ничего не написал о том, что тебя объявили погибшим на поле боя?

— Даже если мы начнём жаловаться на это, они просто принесут извинения и поправят отчёты. В конце концов, людей которых считали погибшими в бою, а они на самом деле были живы не так уж и мало.

— Но принц Лэтреилл пытался убить тебя.

— У нас нет никаких доказательств.

И скорей всего, если они попробуют копать глубже, факт, что наёмники «Повешенной Лисы» убили часовых, будет раскрыт.

Не было никакого смысла добиваться решения этого вопроса.

Алтина улыбнулась:

— Но это определённо потрясёт Лэтреилла: получить письмо от Региса, которого, как он думал, убил! Жаль, что я не смогу увидеть его выражение лица!

(пп: Мне больше интересна реакция первой армии, учитывая, как Регис командовал ей при взятии форта.)

— Не думаю, что он покинет дворец. Во время его поединка против полковника Култхарда Высшей Британии он получил раны настолько сильные, что даже не мог ехать верхом. На полное восстановление ему потребуется приблизительно два месяца.

— Что?!

— Видимо эти новости не стали распространять. Вероятно, он не хотел откладывать коронацию. Кажется, принц Лэтреилл действительно обеспокоен этим.

— Коронация уже завтра…

— Четвёртая имперская армия прибыла, чтобы поздравить его — вот что я написал.

Алтина нахмурилась.

— Почему мы должны поздравлять его?!

— …Я должен был найти причину мобилизации армии без приказа.

— Изначально это ошибка Лэтреилла, который сообщил мне поддельные новости!

— Ты хочешь доложить об этом министерству по военным вопросам?

— Угх…

Она выглядела взбешённой, но сумела подавить свои эмоции. «После того как я был вынужден оставить её, она подросла», — подумал Регис.

Хотя он жалел, что она не додумалась собрать информацию, до того как мобилизовала армию…

— Ну, эта ситуация не совсем бессмысленная.

— Что ты имеешь в виду?

— Люди в столице… особенно дворяне. Благодаря существованию четвёртой армии мы сможем привлечь их внимание, что будет выгодно для нас в будущем.

— Регис, ты снова сделал дьявольское лицо.

— Правда? Всё же сейчас я не могу действовать как хороший парень. Всё же они почти убили меня.

— Да! Ах, кстати, меня кое-что сильно беспокоит.

— Что?

Алтина подняла руку.

И дотронулась до его волос.

— Почему ты одет как девушка? Клэрисс так смеялась, даже слёзы полились.

«Значит, это были не слёзы радости от встречи со мной?!»

Он наконец понял, почему уголки глаз Клэрисс были красными.

— Нет… это…

Джессика мягко заговорила:

— …господин Аурик попросил меня помочь ему переодеться.

— Э-это не совсем неправда, но если сказать так, то это приведёт к недоразумению?!

Ке-ке-ке… Фенрин изо всех сил старалась не смеяться.

Не имея другого выбора, Регису пришлось пересказать его приключения с самого начала.

Первая имперская армия, полевой штаб…

Когда солнце уже почти зашло за западные холмы, прибыл наездник с флагом посыльного.

Жермен заговорил. После того как он начал служить глазами Лэтреилла, у него появилась привычка сообщать то, что он видит.

— Принц Лэтреилл, кажется, это посыльный.

— Хм-м.

Зрения его правого глаза восстановилось, но его левый глаз оставался слепым. И доктор, который осматривал его, заключил, что однажды и правый глаз перестанет работать.

Жермен спросил:

— Может, это объявление войны четвёртой армией? Или они действительно прибыли добиться объяснений по поводу смерти их стратега?

— Нет, этого не может быть.

Лэтреилл сидел на его стуле.

На его плече и правом бедре были глубокие колотые раны. По настоянию врачей ему нельзя было вставать с постели.

Он не мог даже ехать верхом, и ему приходилось передвигаться в карете.

Жермен наклонил голову.

— Тогда что может быть в этом письме?

— Ранее с ними соединилась небольшая группа… вы упоминали, что они похожи на наёмников? Это объясняет, как тому стратегу удалось пересечь горы с женщиной на попечении.

— Ах!

— Вероятно, в письме говориться, что их стратег Регис, всё ещё жив.

— Но, если сэр Регис всё ещё жив… это всё же может быть объявление войны?

— Они хотят одолеть первую армию с таким количеством людей? В столице у нас ещё пятьдесят тысяч солдат.

— Э-это… Это верно…

— Не бойся. Неважно, насколько он выдающийся стратег, он ничего не сможет сделать с такой смехотворно силой. Если это перерастёт в гражданскую войну, единственные, кто получит выгоду — это соседние страны. Войны не будет. Это невозможно.

Сказал это он твёрдо, но сам Лэтреилл не был в этом полностью уверен.

Как будто он говорил это ради самого себя.

Вероятно, это было потому, что он лично был свидетелем экстраординарных стратегий и навыков командования Региса во время сражения при Грибоваре.

Регис мог придумать немыслимые стратегии — Лэтреилл не мог отогнать эту мысль.

Вскоре им доставили конверт.

Жермен взял письмо и вскрыл его. Днём прочесть его не составляло труда, но в сумраке это требовало некоторых усилий.

— В-всё как вы сказали! Здесь говориться что Регис д’Аурик всё ещё жив!

— Как и ожидалось, хох…

Жермен продолжил читать.

— Он приносит свои извинения за доставленные принцу Лэтреиллу беспокойства. Он говорит, что четвёртая армия здесь, чтобы поздравить вас с коронацией.

— Хмпф… Оправдание.

— Что нам делать?

— Может, это и оправдание, но мы не можем провести разведку в четвёртой армии. И поэтому я надеюсь, что смогу взойти на трон, избежав начала гражданской войны.

— Действительно… пятьсот кавалеристов и четыре тысячи пехотинцев может показаться слишком большим эскортом для принцессы, но, учитывая, что на нашей территории могут оставаться остатки армии Высшей Британии, это объяснимо.

Если они используют в качестве оправдания то, что империя всё ещё может находиться в состоянии войны, у них не будет способа опровергнуть это.

Неохотно Лэтреилл сказал:

— …То, что армия Высшей Британии зашла так глубоко в территорию империи, является ошибкой фельдмаршала.

В письме не упоминалось данные детали, но если они попытаются опровергнуть содержание письма, то всё это всплывёт. Так как другая сторона продумала всё так же глубоко, у них нет возможности обвинить их.

Про себя Лэтреилл щёлкнул языком.

Как и ожидалось от этого стратега, эта тактика была такой же блестящей, как и прежние. Он уже продумал способы противостоять любому обвинению Лэтреилла.

Жермен спросил:

— Как нам ответить?

— …Выразить нашу радость по поводу того, что штабной офицер первого ранга Регис д’Аурик всё ещё жив и принести свои извинения за ошибку в предыдущем докладе. После похвалить его за достижения в победном сражении при Грибоваре и наградить его медалью. Пригласить Аргентину на церемонию коронации и поприветствовать людей четвёртой армии — у нас нет другого выбора, кроме как сделать это.

Это уступок всем требованиям другой стороны.

Лэтреилл сжал кулак.

Жермен положил руку на этот кулак.

— Принц Лэтреилл, пожалуйста, успокойтесь… я думаю, что это хороший ответ. То, что четвёртая принца должна поздравить своего политического противника с коронацией, тоже для неё плохо, вероятно, её эмоции сейчас похожи на бурю. В лучшем случае это лишь её отдушина.

— Я знаю. Но тот, кто загнал меня в такое положение, это её стратег. Это он создал ситуация, в которой я должен ответить подобным образом.

— Пожалуйста, не говорите так. Даже когда сэр Регис действовал из тени в столице, всё, что он смог достичь, это ненадёжное лживое заявление в газете. В итоге принц Лэтреилл единственный, кто станет императором.

— Да.

— Другими словами, когда четвёртая принцесса посетит церемонию, дворянам станет ясно, кто станет императором. Это сэру Регису нужно беспокоиться.

— Ты прав, Жермен. Вероятно, я просто взволнован своей неизбежной коронацией.

— Вы устали, мой господин. После написания письма, давайте вернёмся во дворец. Оставим остальное на «Белых зайцев».

— …Да. Ради завтрашнего дня я прислушаюсь к твоим словам.

Лэтреилл сел в карету и вернулся во дворец первым.

Под командованием Баттерена рыцари Белого зайца и первая армия медленно отступила обратно в столицу. В то же самое время четвёртая армия тоже направилась в столицу.

Внезапная потребность разместить четыре с половиной тысяч человек означала, что персонал материального обеспечения был загружен работой.

Как и сказал Регис, солдаты четвёртой армии провели ночь в тепле.

Две армии, которые только днём стояли друг перед другом, шагали в двух шеренгах вдоль улиц столицы, что было редким зрелищем.

Граждане, которые волновались по поводу начала гражданской войны, приветствовали их с улыбками облегчения.

Люди, наблюдающие импровизированный парад, заполонили тротуары.

На следующий день…

Шёл дождь, но это не помешает коронации.

Когда-то Борджин преследовали за то, что она произнесла речь на этой площади. И теперь прямо на этой площади была установлена экстравагантная сцена.

Тяжелобронированные солдаты в серебряной броне стояли в оцеплении.

— Опаздываешь, новичок!

Крикнул мужчина с большими ушами и загорелой кожей. Это был репортёр Клод из Еженедельного Карьера. На нём была плоская кожаная кепка и мятый костюм.

К нему подошла миниатюрная молодая девушка.

— Как эгоистично! Не бросайте меня! Ха… ха…

На ней тоже была кожаная кепка и костюм, но её кожа была светлой, а глаза — голубыми. Её светлые волосы были связаны в конский хвост.

Клод дал что-то девушке.

— Надень это.

Это была деревянная табличка на верёвке, которую можно было повесить на шею.

Клод носил такую же.

— Семпай, что это?

— Удостоверение работника прессы. Без этого нам не позволят войти туда, где мы сможем увидеть дворян. Кстати, если мы будем стоять в обычной очереди, мы даже не сможем услышать речь Лэтреилла.

— Какая огромная толпа. Как будто все жители столицы собрались здесь. Не только площадь, даже улицы заполнены.

— Глупая. Здесь приблизительно сто тысяч человек. Население империи во много раз больше.

— Разве это не невероятно?!

— Ну… Ради этого исторического события столетия невероятно, что мне пришлось ждать ученика, который проспал.

— Это потому, что семпай не дал мне выспаться…

Молодая девушка покраснела.

Клод заскрипел зубами.

— Всё потому, что твои эссе просто ужасны, и нам пришлось редактировать их до поздней ночи! Ладно, пошли уже!

Получив толчок в спину, девушка пошла впёрёд, чуть не упав.

— Вой! Ну правда… Кстати, я впечатлёна, что вы получили для нас пропуск для прессы.

— Ага.

— Сейчас Еженедельный Карьер ассоциируется с движением против установленного порядка, которое набирает обороты в столице в последнее время. И вам удалось получить пропуск для прессы… Хох, ой, нет, семпай. Имя неправильное.

— Вот как?

— Смотрите, меня зовут Бетти, правильно? А тут неправильное имя… хох, если имя на пропуски неверное… Ха, имя семпая тоже неправильное?!

— Не шуми. Министерство церемоний ни за что бы не выдало пропуск для Еженедельного Карьера.

— Это подделка?..

— Ты отсталая? Как можно изготовить поделку за несколько часов?

— Они… краденые?..

— Хватит тупить. Мы просто взяли их взаймы у тех, кто был тронут нашей работой. Поэтому мы должны как следует использовать их.

— Это преступление?!

— Если тебе это не нравиться, иди домой. Я пойду один.

Клод протянул руку.

Бетти отступила назад.

— … Е-если немного подумать, это семпай украл их, и это не имеет никакого отношения ко мне. Я хочу увидеть церемонию, принц Лэтреилл такой восхитительный.

— Хах! Даже если мы собираемся написать статью, где критикуем его?

— Я так взволнована.

— …Какой странный человек… Ну, всё же нормальные люди не станут у нас работать.

Они смешались с другими репортёрами и прошли через оцепление.

Хотя солдаты проверяли пропуска, из-за количества людей они лишь бросали беглые взгляды. Итак, даже грубая копия могла позволить пройти через оцепление.

Однако они всё же проводили строгую проверку на предмет оружия.

Перед главными воротами дворца были установлены сидения, и там были усажены дворяне.

В то время как зона для репортёров была огорожена забором, в том месте, где они могли свободно видеть сцену и дворян.

Они могли видеть лица всех.

Идеальное место.

Хотя тяжелобронированные солдаты мешали обзору…

— Проходите дальше! Или просто сядьте!

Услышав сердитый рёв репортёров, стражники в панике опустились на корточки, что было немного мило — подумала Бетти.

Чтобы видеть кафедру, Бетти встала на цыпочки.

— Хох… принц Лэтреилл ещё не появился?

— Всё же дождь идёт, поэтому он будет ждать в помещении, пока не начнётся церемония. Хотя маркиза Бержерака тоже нет.

Обычно Клод называл людей по именам, но рядом были другие люди, которые могли его услышать, поэтому он тщательней выбирал слова.

— Бержерак?..

— Угх… по крайней мере запомни имя министра церемоний.

— Ах-х, да, я помню! Он дедушка третьего принца по материнской линии. А-ха-ха… мне нужно приложить больше усилий в запоминании вещей, не связанных с красавчиками.

— Чтоб тебя…

— Чтобы запомнить всё о семпае, у меня тоже ушло много времени.

— Заткнись.

Клод пробирался к переднему краю репортёров.

Так как она была ниже, Бетти продвигалась впёрёд прямо позади него.

Клод наклонился за баррикаду и указал:

— Посмотри на места для дворян.

— Как великолепно и экстравагантно.

— Ты помнишь порядок размещения?

— Это что-то значит?

— У тех, кто сидит справа более высокий статус, и он понижается от этого места. Порядок размещения результат свирепой борьбы за власть между аристократами. Мы можем увидеть, насколько они влиятельны лишь по месту, где они сидят.

— Ох, понятно.

— Если император меняется, дворяне, к которым он благоволит, тоже меняются. И поэтому будет изменение порядка размещения.

Соглашаясь, Бетти кивнула.

Она хотела записать это, но не могла из-за других репортёров, толкающих сзади.

Они могли лишь говорить вот так, потому что Клод схватился за забор и действовал как щит. Если бы она была одна, её бы давно раздавили.

— Впереди должны сидеть члены королевской семьи?

— В стороне от них текущие министры. У них есть специальные привилегии, но они будут благоволить не императору, а дворянам.

— Э-э… Там ещё и министры?

— Всё же министры представляют дворян. Если император уволит министра без каких-либо причин, всё усложнится. Мало того, что это может воспрепятствовать правлению империей, но и вызвать общественные беспорядки.

— Понятно.

— Всё же это довольно великие дворяне, с которыми так легко не справиться. О, смотри! Это принцесса Аргентина!

— Ва-а-а-а! Я её фанат!

Появление человека, который был вторым в очереди на наследование, подхлестнуло безумие остальных репортёров.

Толпа навалилась сзади с новой силой, и руки Клода задрожали.

Даже ограждение заскрипело.

— Угх…

— Семпай, вы в порядке?

— Ага… смотри внимательно. Эта красноволосая девушка стала генерал-лейтенантом имперской армии в возрасте пятнадцати лет и стала героиней с самыми большими военными достижениями во время предыдущей войны… принцесса Мари Куатрэ Аргентина де Белгария.

— Невероятно!

— …Для репортёра у тебя слишком скудный словарный запас. Забей, человек рядом с ней ещё более удивителен!

— Ох.

— Это штабной офицер первого ранга Регис д’Аурик, который также известен как Волшебник. Сегодня он всё же в мужской одежде… Ку-ку-ку.

«Женское платье идёт вам больше», — посмеялся Клод.

Рядом с принцессой был мужчина в парадной одежде. Но его походка была неустойчивой, спина сгорблена, и он казался ненадёжным.

Бетти наклонила голову.

— Этот… тощий мужчина — Регис? Разве он не просто слуга принцессы?

— Хотя он просто шевалье, он всё же дворянин. Обращайтесь к нему «господин».

— Ва-а… Мои впечатления о нём разрушились.

— Ну, когда я встретил его впервые, я почувствовал то же самое… И рядом с ним… Меч Императора, герцог Эдди Фабио де Бальзак.

— О красавчик, невероятно!

— Он исчез после праздника Основания… Значит, теперь он служит четвёртой принцессе, хох.

— Что он за человек?

— Он сильнейший фехтовальщик империи и никогда прежде не проигрывал поединки. Однако слухи говорят, что он ненавидит поле боя.

— Э-э-э.

— Он работал сопровождающим первого принца… Но первый принц утратил своё право наследования и стал поддерживать четвёртую принцессу, поэтому Эдди должен быть во фракции принцессы. Как я и думал.

— Принца Августа, кажется, нет.

— Здесь нет никого с серебристыми волосами.

— Но всё же есть кое-кто с каштановыми.

Остальные репортёры тоже это заметили, и толпа снова зашумела. Даже дворяне были заметно потрясены.

Клод вздохнул.

— Вы серьезно… Это третий принц Генрих Троис Бастиан де Белгария! Он действительно объявился, и он во фракции принцессы! И он сделал это в день коронации, как интересно!

— Хм-м? Что в этом такого интересного?

— Подумай над этим. Второй принц Лэтреилл собирается стать императором. Не учитывая умных людей, даже слабоумные знают, что им следует попасть в список друзей нового императора.

— Я не слабоумная.

— Я говорил не о тебе. Третий принц Бастиан встал на сторону четвёртой принцессы, в такой день, когда их противостояние будет разрешено!

— Может, они просто вошли в одно и то же время.

— Это что тебе, бар какой-нибудь?! Если они не находятся в одной фракции, то должны входить раздельно.

— Вот как.

— Ты не понимаешь, хох? После того интервью с нами он захотел встать на эту сторону. Разве не замечательно?

— Э-э-э, это правда?!

— Кстати говоря, я не рассказывал тебе. Перескажу всё, когда мы вернёмся в редакцию.

— Хах…

Бетти с досадой кивнула.

И хоть на руках у них были незаконные материалы, в данный момент они не могли их раскрыть.

Рот Клода искривился, и он показал зловещую улыбку.

— Ку-ку-ку… новый император Лэтреилл выйдет в плавание во время шторма, хох? Так как принц Бастиан поддерживает принцессу Аргентину, что подразумевает, что слухи о цареубийстве… не совсем необоснованные.

Аристократов ничем нельзя было смутить.

Клод бросил пристальный взгляд на Региса, который сидел рядом с принцессой.

— … И это тоже часть твоей схемы?

Бетти вытянула палец и спросила:

— Семпай, что за дворяне сидят во втором ряду?

— Это дворяне со всей столицы — великие дворяне центра. Фракция Лэтреилла. Мало того что они богаты и сильны, принц, которого они поддерживают, стал императором. Сейчас они самая счастливая группа.

— Это неловкое чувство, когда сильные становятся ещё сильнее.

— Далее дворяне юга. Ты ведь знаешь о союзе новых дворян «Союза Сада Гайард»?

— К-конечно, знаю.

Глаза Бетти дрогнули.

Клод вздохнул.

— Я же говорил тебе читать документы. Они использовали обширные плодородные земли юга и торговлю с южными странами, чтобы накопить обширное богатство.

— Они богаты?

— Да, они станут хорошими противниками против жадных и голодных до власти дворян центра. Они могут быть во фракции принцессы… они оценены выше, чем дворяне запада.

— Это означает, что существует и третья фракция?

Клод кивнул.

— Во время правления предыдущего императора их считали второй фракцией… но влияние старых дворян запада уменьшилось. У них может быть репутация и история, но дворяне там бедны. Они понесли самые тяжёлые потери во время войны с Высшей Британией, вероятно, поэтому их положение ослабло.

— Ах, это верно для запада.

Дворяне из других областей были размещены позади этих трёх фракций.

Дворяне с титулами виконта и ниже, так же как и не очень активные дома не особо отличались от простолюдинов и вообще не имели места.

Бетти кое-что заметила.

— Хм-м? Здесь нет восточных дворян?

— Так как ходят слухи, что Лэтреилл убил 6-ю жену Ёхапрасию. На востоке может начаться война.

— Фу-фу… разве не мы распространяем эти слухи?

— Эй, не дай людям вокруг услышать?

Сказал Клод со слабой улыбкой.

Взглянув снова, она увидела, что хотя множество дворян жаждали передних мест, некоторые из них пустовали.

— Это из-за дождя?

— Нет… Так как там дворяне, никто не рискнёт проявить неуважение к господину, причина в том, что «подозрения, что Лэтреилл — цареубийца, всё ещё не сняты». Это люди готовые драться на дуэли ради их чести.

— Кстати говоря, императрица тоже отсутствует?

— Хм-м? Ах-х… Бетти, они почти начали. Ты должна запомнить всё до последнего слова и записать их позже.

— Оставьте это на меня!

Что больше всего беспокоило церемониальных чиновников, так это императрица.

Она была матерью Лэтреилла.

После того как Еженедельный карьер предал гласности доказательства королевского камергера маркиза Бекларда, императрица исчезла.

И до этого момента её никто не смог найти. Из-за пустых мест в переднем ряду, множество людей начало придумывать догадки.

Горн, объявляющий о начале церемонии, протрубил. Барабаны застучали в ритме.

Торжественный оркестр раздвинул занавес церемонии.

Приёмная во дворце…

В традиционной торжественной одежде Лэтреилл в тишине ждал начала церемонии.

Жермен вошёл в комнату.

— …Мы всё ещё не можем найти императрицу.

— Вот как. Значит, она не посетит церемонию.

— Вчерашняя шумиха привела к ослаблению слежки. Мои извинения.

— За что ты извиняешься? Разве я ребёнок, который не может посетить церемонию без его матери?

— Нет, вовсе нет!

Лэтреилл прошептал под ухо Жермена.

— …Чтобы её ребёнок унаследовал трон, эта женщина решилась отравить моего старшего брата. Не расслабляйтесь. Когда она не на виду, она опасней всего.

— Хм-м-м?! Да мой господин. Я отправлю поисковую группу.

— Но столько, сколько необходимо. Высший приоритет — безопасность гостей церемонии. Если кто-то нанёсёт вред гостю моей церемонию, это запятнает моё имя.

— Да, я буду помнить это!

Поклонившись, Жермен покинул приёмную.

Лэтреилл снова остался один.

Он открыл сундук, в котором лежали его личные вещи.

Там была картина размером с ладонь.

На ней была нарисована темноволосая женщина в переднике.

— Беатрис… Я наконец… зашёл так далеко…

В дверь постучали, и Лэтреилл убрал картину назад в деревянный ящик.

 

В момент, когда он покинул дворец, он услышал игру оркестра. И приветствие людей. Несмотря на дождь, площадь была заполнена до краёв.

Он двигался к церемониальной сцене.

И поднялся по ступенькам.

Это были простые восемь шагов.

«Кровью скольких людей я запятнал свои руки, чтобы сделать эти шаги?»

На четвёртом шаге он увидел кого-то за кафедрой.

— …Отец.

Это была морщинистая фигура предыдущего Императора. С мечом, воткнутым в его грудь.

И конечно, он был иллюзией.

Его похоронили под шестью футами земли.

Как и 6-ю жену, стоящую рядом с ним.

— …Проваливай, ведьма.

Он не чувствовал и толики вины к дьяволу, который высасывал из империи жизнь — Лэтреилл твёрдо верил в это.

Он снова сделал шаг.

Ступая на побеждённых генералов противника.

И давя солдат, которые умерли по его приказу, подошвой.

На седьмом шагу его ноги задрожали.

— …Август… Старший брат.

Он видел своего старшего брата, который был отравлен его матерью.

Август спокойно улыбался, но чёрная кровь капала с его фиолетовых губ.

В этот момент приветственные крики толпы были похожи на мстительные вопли из ада. Брови Лэтреилла были покрыты потом, который скатывался по щекам.

Его ноги не двигались, как будто он попал в болото.

Дыхание Лэтреилла сбилось.

За его спиной прозвучал голос.

— Принц Лэтреилл, приведите империю к вечному процветанию!

Это был Жермен.

Все иллюзии трупов исчезли.

Перед его глазами была сцена, дворяне и громогласные приветствия людей.

В ответ Лэтреилл поднял руку.

— Конечно!

Он встал у кафедры.

Приветствия становились громче.

Его пристальный взгляд упал на присутствующих дворян.

Почти все они были одеты экстравагантно, и в их лицах читалась жадность. Среди них только у Аргентины и людей вокруг неё был острые пристальные взгляды.

«Даже если вы сделаете такие лица, уже слишком поздно».

В итоге императрица не появилась.

Не потому, что решила избежать, но потому, что чувствовала опасность.

Вышел министр церемоний Бержерак и объявил о начале коронации. Аплодисменты заполнили воздух.

Бержерак был дедушкой Бастиана по материнской линии. Его лицо было бледно, как будто он вот-вот упадёт в обморок, вероятно, потому, что его слишком удивило присоединение его внука к Аргентине.

Священник сказал слова благословения Лэтреилла и возложил на него корону.

Церемония протекала гладко.

Он наконец мог почувствовать это физически.

Лэтреилл поднял голову и посмотрел на свинцовое небо и падающие капли дождя.

 

«Даже если сами небеса не желают этого, я всё равно лучший кандидат, чтобы стать императором. Я докажу это всем, став змеёй, что пожирает другие страны!»

 

Он объявил:

— Только империя Белгария имеет право называться единственной сверхдержавой на этих землях! Я обещаю, когда исчезнут все противники, я установлю вечный мир и процветание. Следуйте за мной! Я принесу вам победу!

Он поднял кулак.

Толпа взорвалась приветствием.

— Да здравствует новый император!

— Да здравствует новый император!

Оркестр заиграл, и граждане начали петь государственный гимн.

 

851 год империи, 13-го августа…

Новый император империи Белгария, Алан де Лэтреилл Белгария, был коронован.

 

Предыдущая глава Содержание Следующая глава

 

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: